Ответы на вопросы журналиста Павла Зарубина П.Зарубин:Владимир Владимирович, мы только что наблюдали за Вашим совещанием по редкоземельным металлам. Извините, но думаю, что сейчас всех журналистов мира интересуют редкоземельные металлы, но несколько в ином аспекте. Ведь США, скажу очень мягко, настоятельно просят Зеленского подписать соглашение с ними по поводу этих ресурсов в счёт оплаты помощи Украине прежней администрацией – администрацией Байдена. Как Вы оцениваете перспективы такого соглашения?

В.Путин:Нас это не касается. Никак не оцениваю и даже думать не хочу на эту тему. Конечно, надо бы оценить эти ресурсы, насколько они реальны, сколько этих ресурсов, сколько они стоят и так далее. Но это, повторяю, не наше дело.

Наше дело – это то, что мы обсуждали сейчас на совещании. Редкие, редкоземельные металлы – очень важная составляющая, очень важные ресурсы для современных отраслей экономики. Мы мало пока в этом направлении делаем, должны делать больше. И смысл сегодняшнего совещания направлен на то, чтобы сконцентрировать на первом этапе административный ресурс для работы по этому направлению.

Мы, кстати говоря, готовы были бы предложить и американским нашим партнёрам, – когда говорю «партнёры», то имею в виду не только административные и правительственные структуры, но и компании, – если бы они проявили интерес к совместной работе.

У нас, безусловно, на порядок – хочу это подчеркнуть, – на порядок больше ресурсов подобного рода, чем в Украине. Россия является одним из безусловных лидеров по запасам этих редких и редкоземельных металлов. Они у нас имеются и на Севере – в Мурманске, на Кавказе – в Кабардино-Балкарии, на Дальнем Востоке, в Иркутской области, и в Якутии, в Тыве. Это достаточно капиталоёмкие инвестиции, проекты капиталоёмкие. Мы с удовольствием работали бы совместно с любыми иностранными партнёрами, в том числе с американскими.

Да, кстати говоря, что касается новых территорий, то же самое: мы готовы привлечь иностранных партнёров, и так называемые новые наши исторические территории, которые вернулись в состав Российской Федерации, там тоже есть запасы определённые. Мы готовы с нашими инопартнёрами, в том числе с американскими, работать и там.

П.Зарубин: В новых регионах тоже?

В.Путин:Да, конечно.

П.Зарубин: В эти дни мы вообще видим шквал заявлений, обсуждений, и все обсуждают Трампа, почему он так жёстко говорит, что Зеленский должен пойти на выборы, что у него рейтинг 4 процента. Европейцы за все эти высказывания Трампа очень критикуют. И вообще уже сейчас звучат такие мнения, что нынешний подход Президента США скорее играет на руку России. Как Вы считаете, это действительно так?

В.Путин:Я считаю, что это абсолютно не так. У меня на этот счёт своя точка зрения, она противоположна той, которую Вы сейчас изложили.

Дело в том, что сегодняшний глава киевского режима становится токсичной фигурой для вооружённых сил Украины, потому что отдаёт нелепые приказы, продиктованные не соображениями военного характера, а политическими соображениями, при этом непонятно на чём основанные. А это ведёт к неоправданно большим потерям, если не сказать, к очень большим или катастрофическим потерям для украинской армии. Становится токсичным и для общества в целом. И об этом говорит, по-моему, сегодняшнее голосование в Раде по продлению его полномочий.

Наконец, он загнал себя в тупик указом о запрете переговоров с Российской Федерацией по мирному договору, прекратил эти переговоры. И дело в чём? Дело в том, что он уклоняется от этих переговоров. Почему? Потому что в случае начала этих переговоров это рано или поздно, и скорее всего, достаточно быстро, приведёт к необходимости отмены военного положения. А как только это произойдёт, сразу надо идти на выборы. Не будет тогда оснований не проводить выборы, ведь сегодня выборы на Украине не проводятся под предлогом наличия военного положения. А если переговоры, потом возможная быстрая необходимость отмены военного положения, – сразу надо идти на выборы. И вот здесь у нынешнего главы режима проблема.

Потому что на самом деле не важно, сколько у него процентов, – четыре или сколько. Важно другое: что у него рейтинг, по нашим данным, – они носят объективный характер, – ровно в два раза меньше, чем у его возможного ближайшего политического соперника. Это господин Залужный, бывший командующий вооружёнными силами Украины, которого сослали в Лондон, – у него ровно в два раза рейтинг выше.

А если присовокупить к этому ещё и возможную поддержку этого возможного кандидата со стороны других политических деятелей, в том числе бывших премьеров или бывших президентов, то шансов у действующего главы режима победить на выборах абсолютно никаких нет. Они равны нулю. Но если, конечно, грубо чего-то не подтасовывать, но и это тоже для него плохо – будет уж совсем заметно.

Поэтому он является фактором разложения и армии, и общества, и государства. И действующий Президент Трамп наверняка это понимает и толкает его на выбор. Он хочет что сделать, как мне представляется: хочет оздоровить обстановку, политическую обстановку на Украине, консолидировать общество, создать условия для выживания украинского государства. И в целом это не столько на пользу России, у нас всё-таки конфликт с действующим режимом, сколько самой Украине на пользу.

Кроме всего прочего, действующий Президент объявил о том, что он хочет добиться мира – кстати говоря, мы тоже, – и как можно быстрее. А действующий глава режима стоит на пути к достижению этой цели. Вот отсюда и позиция, как мне представляется, Президента Соединённых Штатов. И она не связана с тем, что это находится в наших, российских интересах, это, скорее всего, в интересах Украины, украинского государства, с целью сохранения украинской государственности. Против этого мы тоже ничего не имеем. Хотя, конечно, нам бы хотелось, чтобы эта территория не использовалась в качестве плацдарма для нападения на Российскую Федерацию, не использовалась в качестве враждебного для нас плацдарма, чтобы в конечном итоге это превратилось в дружественное соседнее государство.

П.Зарубин:Мы каждый день слышим множество самых разных заявлений Трампа. Вы с ним встречались не раз, недавно совсем телефонный разговор у вас был. Он действует на основе эмоций?

В.Путин:Конечно нет. Естественно, действующий глава режима в Киеве даёт повод показывать эти эмоции. Но из того, что я сейчас сказал, вырисовывается совсем другое: эти действия основаны скорее не на эмоциях, а на холодном расчёте, на рациональном подходе к сложившейся ситуации.

В сложившейся ситуации мы, как ни странно, честно говоря, были заинтересованы, чтобы он там сидел и дальше разлагал режим, с которым мы находимся в вооружённом конфликте. А с точки зрения интересов укрепления украинской государственности здесь, конечно, нужно действовать, видимо, энергичнее и совсем в другую сторону – приводить к власти людей, которые будут пользоваться доверием народа Украины.

П.Зарубин:А вот европейцы вообще понимают, на Ваш взгляд, суть нынешних раскладов вокруг Украины?

В.Путин:Это у них надо спросить. Судя по тому, как они действуют, мне кажется, не очень понимают. Но дело даже не в этом. Дело в том, что в отличие от нового Президента Соединённых Штатов политические лидеры европейских государств связаны с нынешним режимом, ангажированы. И они много слишком наговорили и наобещали, и теперь им, извините за простоту выражения, «отруливать» от этой позиции очень сложно или практически невозможно без потери лица. А имея в виду, что они находятся в достаточно сложном и ответственном для них внутриполитическом периоде выборов, перевыборов, сложности в парламентах и так далее, то, учитывая это обстоятельство, менять свою позицию для них практически невозможно.

В отличие от них действующий Президент Соединённых Штатов, новый Президент, вновь избранный Президент – у него руки свободные, он свободен от этих пут, которые не дают двигаться вперёд, и работать в сторону разрешения конфликта, и в характере у него, наверное, – он действует прямолинейно и без особых стеснений. У него положение уникальное: он не просто говорит то, что думает, а он говорит, что хочет. Что же, это привилегия лидера одной из крупных, великих держав.

П.Зарубин:Несколько дней назад в Санкт-Петербурге я Вас спрашивал о том, что все хотят сейчас иметь некое право голоса в российско-американских переговорах, но европейцы продолжают настаивать, требовать право голоса в переговорах вокруг Украины.

Как Вы это расцениваете?

В.Путин:Я здесь ничего не вижу плохого. Требовать, наверное, здесь никто ничего не может, тем более от России, пускай они требуют от кого-нибудь другого. Они на протяжении тысячелетий требовали от своих вассалов чего угодно, теперь от них уже требуют. Поэтому они пускай со своими требованиями посидят дома и подумают над тем, как они дошли до жизни такой.

Но их участие в переговорном процессе востребовано, конечно. А мы никогда не отказывались, мы же вели постоянные дискуссии с ними. Это в какой-то момент, под всякими надуманными идеями нанести России поражение на поле боя, они сами отказались от контактов с нами. Захотят вернуться – пожалуйста.

Я видел реакцию и на наш телефонный разговор с Президентом США, и видел реакцию на встречу на высоком уровне в Эр-Рияде. Она, действительно, эмоциональна и лишена какого-то практического смысла. Почему? Потому что для того, чтобы решать сложные и даже острые вопросы, в том числе на украинском треке, и Россия, и Соединённые Штаты должны сделать первый шаг.

В чём он заключается? Этот первый шаг должен быть посвящён повышению уровня доверия между обоими государствами. Именно этим мы и занимались в Эр-Рияде, именно этому будут посвящены ближайшие, может быть, другие контакты на высоком уровне. Без этого невозможно решить ни один вопрос, в том числе и вопрос такой сложный, острый, как украинский кризис.

Но при чём здесь европейцы? Это касается двусторонних российско-американских отношений. Они нам здесь зачем? Чем они здесь будут заниматься? И в телефонном разговоре, кстати говоря, и на встрече в Эр-Рияде, конечно, затрагивали проблемы, связанные с украинским кризисом, но он сам по себе сущностно не обсуждался. Мы только договорились о том, что мы подойдём к этому. В этом смысле и в этом случае, конечно, мы не отказываемся от участия европейских стран.

Хочу подчеркнуть: мы с уважением относимся и к позиции наших друзей из БРИКС, которые создали группу сторонников мира. Сегодня только разговаривал с председателем Китайской Народной Республики, и мы тоже об этом говорили. Он меня проинформировал о том, что группа «Друзья мира» в Нью-Йорке опять в ближайшее время соберётся, будет обсуждать это.

Мы не только приветствуем, мы благодарны и всем нашим партнёрам, которые поднимают эти вопросы, которые стремятся к тому, чтобы мир был достигнут. К чему я говорю? Не только европейцы, но и другие страны имеют право и могут участвовать, и мы относимся к этому с уважением.

П.Зарубин:Хотелось попросить прокомментировать ещё несколько заявлений Трампа, которых, как я говорил, очень много.

В.Путин:Но не все, ладно?

П.Зарубин:Но не все. Он, например, рассказал, что хочет предложить Вам и главе Китая сократить оборонные бюджеты вдвое. Как Вам такая идея?

В.Путин:Знаю, могу догадываться, на чём это основано. Это основано, видимо, на расчётах одного, по-моему, из британских исследовательских центров, где наши расходы по паритету покупательной способности были подсчитаны. В прошлом году у США было, по-моему, уже 968 миллиардов долларов, а если сложить российские и китайские расходы, то примерно цифры бьются – российские и китайские вместе, если сопоставить с американскими.

Во-первых, надо это всё посчитать. Расчёты британского центра – это может быть корректно, а может быть не очень корректно или совсем некорректно, на это надо посмотреть. Первое.

Второе. Я никак не могу комментировать то, как к этому отнесётся Китайская Народная Республика. Там были с американской стороны разные заходы по поводу стратегических наступательных вооружений и по другим очень серьёзным вопросам. Поэтому это дело Китайской Народной Республики. Но мы могли бы договориться с Соединёнными Штатами, мы не против. Мне кажется, что идея хорошая: Соединённые Штаты сократили бы на 50 процентов, и мы сократили бы на 50 процентов, а Китайская Народная Республика потом бы присоединилась, если захочет. Мы считаем, что предложение хорошее, и готовы к дискуссиям на этот счёт.

П.Зарубин:Трамп также ввёл пошлины на импорт стали и алюминия в 25 процентов из всех стран. А мы ведь когда-то с США неплохо работали по теме алюминия. Как Вам такая торговая политика?

В.Путин:Сейчас не хочу комментировать торговую политику Соединённых Штатов, она на протяжении уже многих лет связана с санкциями. Мы считаем эти санкции незаконными и вредными для мировой торговли, для экономики. И она, на мой взгляд, наносит ущерб и нам, и тем, кто эти санкции вводит.

А что касается торговой политики, повышенных ставок, пошлин и так далее: это каждая страна определяет самостоятельно, что ей выгодно, что невыгодно. Логику я могу понять: перетащить производство к себе, создать рабочие места, заставить платить налоги во все уровни налоговой системы и так далее. Но на каком-то этапе, безусловно, эти действия будут сталкиваться с определёнными трудностями, связанными с инфляционным давлением, с повышением стоимости товара и так далее. Но это специалисты знают, они Вам расскажут это в деталях.

Что касается алюминия, то в 2017 году, по-моему, мы где-то 15 процентов поставляли от всего импорта американского – примерно 15 процентов шло из России. Вообще США, если мне память не изменяет, примерно 60 процентов необходимого алюминия производят сами, 40 процентов получают по импорту. Вот 15 процентов поступало из Российской Федерации. Основной импортёр сегодня – Канада.

Если будет принято решение открыть американский рынок для наших производителей, то мы могли бы примерно 2 миллиона тонн на американском рынке продать. Это не повлияло бы существенным образом на формирование цены, но, на мой взгляд, всё-таки оказало бы сдерживающее влияние на стабилизацию цен.

Кроме этого, и что самое главное, на мой взгляд, – это то, что мы могли бы вместе с американскими компаниями подумать о совместной работе по этому направлению. Например, в Красноярском крае ещё в советское время были планы строительства новой гидроэлектростанции и создания дополнительных производств по производству алюминия. Ведь алюминий – это прежде всего энергия, и желательно дешёвая энергия. Гидроэнергия – она дешёвая, и, кроме всего прочего, ещё и экологически чистая.

Поэтому там есть, повторяю, ещё с советских времен такие планы, это, правда, капиталоёмкие, инвестиционно ёмкие проекты: по предварительным оценкам, он стоил или будет стоить в сегодняшних ценах где-то 15 миллиардов. Мы можем подумать над этим.

Да, политика действующего Президента сегодня заключается в том, чтобы размещать производство на территории Соединённых Штатов. Но если американские компании будут работать у нас, то это тоже выгода, и немалая, потому что и компании будут зарабатывать прилично, и соответствующие объёмы алюминия будут поступать на внутренний рынок по абсолютно приемлемым рыночным ценам. Здесь есть над чем подумать, так же как и над совместной работой по редким, редкоземельных металлам, да и по другим направлениям, включая, допустим, энергетику.

П.Зарубин:Кстати, несколько минут назад я прочитал очередную новость из США: Президент Трамп заявил, что США и Россия обсуждают крупные экономические проекты в рамках переговоров по Украине.

В.Путин:Да, некоторые наши компании находятся друг с другом в контакте и такие проекты обсуждают.

П.Зарубин:Спасибо огромное.

В.Путин:Спасибо.